Статья «Барановичи» из Deutsche Kriegszeitung von Baranowitschi от 27 сентября 1916

Сегодня примерно год назад Барановичи были заняты. Именно австрийские войска первыми вошли в оставленное русскими местечко, где то здесь, то там пожары, устроенные отступающим противником, уничтожали «государственные здания».

Оставление города было «стратегической мерой» — как тогда объявил Николай Николаевич — и должно было считаться лишь временным. «Через пару дней» великий князь и главнокомандующий намеревался вернуться в Барановичи, чтобы, гоня перед собой немцев и австрийцев, затем снова освободить от «захватчиков» Варшаву и Польшу. Он также приказал объявить как в самой Польше, так и в особенности на участке к востоку от линии Пшэмысл — Плоцк, что после своего возвращения намерен страшно отомстить за любую «измену родине». А уж что «батюшка» и его подручные, в особенности Николай Николаевич, понимали под изменой родине, знал каждый, кто имел счастье жить в зоне досягаемости русской нагайки.

Однако из возвращения грозного военачальника ничего не вышло, и так же, как Варшава и Польша под немецким управлением цветут, процветают и развиваются в государственные и общественные организмы, полные здоровых сил, так и у Барановичей есть все основания радоваться выпавшему им жребию.

Хотя фронт проходит совсем близко от городской черты, а борьба накладывает свои следы вплоть до городских улиц, благодаря надежной защите со стороны немцев и их отзывчивому способу управления, горожане могут вести относительно спокойную и мирную жизнь, не будучи охваченными ужасами войны и ее жестокими тяготами. Нам даже не нужно вспоминать о Восточной Пруссии, чтобы оценить то счастье, которое ежедневно выпадает на долю жителей Барановичей благодаря тому, что им удалось избежать участи, которую война обычно приносит столь многим семьям, проживающим во вражеской стране.

Даже в деловом отношении благодаря заботе и содействию немцев многие местные жители могут здесь развернуть свою деятельность лучше, чем иные честные люди у нас на родине; лучше, чем многие из нас, кого призыв кайзера оторвал от своего ремесла и призвал под знамёна. При этом жителям оккупированной территории не приходится приносить величайшие жертвы: их отцы и сыновья находятся дома, и никому из них не нужно отправляться на войну рисковать своей жизнью.

Насколько иначе всё сложилось бы, если бы немецкие и австро-венгерские войска не выстояли; если бы они не принесли все те жертвы, которые необходимо было принести, чтобы сломить натиск русских штурмовых колонн. То, что русские военачальники гонят под знамёна царя всё, что ещё хоть как-то способно ходить и отдалённо напоминает мужчину, доказывают сообщения из внутренних губерний и из Англии, откуда бежавших из России евреев — будь то старики или совсем юные, здоровые или больные — транспортируют обратно в царскую империю, чтобы немедленно зачислить их в армию «батюшки» и затем использовать где-нибудь в качестве пушечного мяса.

Поэтому у Барановичей именно в эти дни, когда исполняется год с начала оккупации, есть все основания радоваться своей судьбе; есть все основания уповать на немецких солдат, которые уже около года оберегают их от ужасных бедствий войны и останутся на своих постах, пока враг стоит у ворот Барановичей.